Анна Городкова 1 204

Цена и качество. Советское пальто всё еще носится

Швея и педагог рассказывает о «живучей» советской одежде и китайском ширпотребе.

Сегодня швея считается низкоквалифицированным работником. Но если вкладывать в дело душу, то вещи получаются качественными и пользуются спросом.
Сегодня швея считается низкоквалифицированным работником. Но если вкладывать в дело душу, то вещи получаются качественными и пользуются спросом. © / pixabay.com

В 90-е годы многие текстильные предприятия Кузбасса закрылись, а те, что не закрылись, потом всё равно стали банкротами, как Ленинск-Кузнецкий камвольно-суконный комбинат. Сейчас крупных фабрик не осталось, на полках «сплошной китай». Почему советское пальто оказалось не таким живучим, как китайский пуховик, корреспондент «АиФ в Кузбассе» спросил у технолога швейного производства и педагога Инны Торгунаковой.

За импортным тоже гонялись

Анна Городкова, «АиФ в Кузбассе»: Инна Алексеевна, как обстоят дела в области с текстильным производством сейчас?

Инна Торгунакова

Инна Торгунакова: Сейчас в Кузбассе куда больше, чем в советское время, отдельных мелких ателье, которые живут сами по себе. Из прошлого осталось всего несколько крупных объединений, но они переживают не лучшие времена. Грамотные специалисты дорабатывают до пенсии и уходят, а молодые идут на производство крайне неохотно.

В области перестали делать собственные ткани, мы закупаем их или у других регионов (Новосибирска, к примеру), или за границей (чаще у ОАЭ), что повышает цену одежды и ухудшает нашу экономику. Рабочих мест, как и налогов в бюджет, мало. А ведь в прошлом веке в области было 14 крупных фабрик, каждая из которых объединяла от 10 до 16 ателье в Кемерове (в городе были две фабрики на левом и правом берегу Томи). У нас был комбинат шёлковых тканей с громадными цехами, снабжавший материалами всю Сибирь – таких комбинатов в Советском Союзе было всего пять!

Досье
Инна Торгунакова родилась в Кемерове в 1958 году. Окончила УПК бытового обслуживания, с 1977 года работала в объединении «Кузбассшвейбыт» лаборантом-портным. После окончания Всесоюзного заочного института текстильной промышленности в 1983 г. стала технологом швейного производства. С 1997 работает в Губернаторском техникуме народных промыслов». Почётный работник образования РФ.

В советское время, когда я работала технологом в объединении индивидуального пошива «Кузбассшвейбыт», наши ателье были переполнены заказами. Людей заранее записывали, чтобы просто снять мерки. Я до сих пор вижу у кемеровчан синие, бордовые куртки и пальто, которые мы конструировали и шили. Может, ателье были популярны, потому что так много одежды для любого потребителя, как сейчас, в магазинах не продавали. После развала Союза в 90-х, когда мы перестали видеть деньги, а зарплаты получали товаром или продовольственными карточками, интерес к одежде сильно упал.

– Многие кузбасские предприятия производят в основном спецодежду для горняков и школьную форму для детей. Это, к примеру, Гурьевская фабрика «Салаир» или Прокопьевская «Горнячка». Но разве нормально, когда фабрика специализируется на одном-двух видах товара?

– В советское время было так же. Это нормальное явление. Фабрика «Томь», к примеру, шила только верхнюю одежду. В Ленинске-Кузнецком шили только мужскую одежду. Когда у предприятия есть специализация, оно делает свою продукцию лучше – по отработанной технологии, имея большой опыт, не распыляясь ни на что больше.

– Сейчас большая часть товара на полках – из Китая. Магазинов с кузбасскими тканями, футболками, брюками или платьями не встретишь. Как вы считаете, китайские текстильщики нас победили? И почему?

– Китайцы умеют быстро перестраиваться. Их поточные заводские линии устанавливаются не на пять-десять единиц, как у нас, а на тысячу, из-за чего вещи стоят копейки. Дешевизной и объёмами они и «взяли» весь мир, не только Россию.

Но я верю в будущее нашего швейного производства: китайские вещи зачастую некачественные (не должна быть у чёрных джинсов цветная подкладка), неаккуратно прошитые, меньше носятся, чего не скажешь о российских современных вещах. Также в последнее время интерес кузбассовцев к эксклюзивной одежде, сшитой по себе, возрастает. Дешевле сшить платье или костюм на заказ, чем, скажем, купить такой же в импортном бутике.

Швея не в почёте

– Раньше в Кемерове существовало отдельное швейное училище, которое в итоге объединили с губернаторским техникумом. Из-за чего так вышло? Хотят ли сейчас дети учиться на швей?

– Из-за укрупнения учебных заведений и уменьшения набора нас присоединили. Раньше, 20 лет назад, в учебно-производственном комбинате бытового обслуживания (на его базе было училище № 34, а затем и губернаторский техникум) мы учили закройщиков, портных, операторов вязального оборудования, швей… У нас было 20 швейных мастерских, а осталось четыре!

Сейчас эти профессии заменили одной специальностью: «конструирование, моделирование и технология швейных изделий». Швея считается низко квалифицированным работником, делающим одну-две операции. А технолог-конструктор – это специалист среднего звена, который умеет и конструировать, и моделировать, и шить разные изделия, от брюк до рубашек. Кемеровские абитуриенты не особенно хотят учиться этой специальности (мы набираем одну группу по 25 студентов), тогда как в Новосибирске и Томске конкурс по четыре-пять человек на место. Думаю, это оттого, что в крупных городах с более развитой лёгкой промышленностью выпускники быстрее находят работу. В Кузбассе их чаще зовут продавать ткани и фурнитуру, а не производить.

– Но ведь и из-за зарплат не идут. На одном из сайтов вакансий мастеру швейного производства в Гурьевске предлагали 15 тыс. руб. в месяц, а термоотделочнику швейных изделий в Юрге – 6 тыс. руб…

– К сожалению, молодёжи действительно платят не очень много. Многие выпускники иногородние. С низкими зарплатами съёмную квартиру не оплатишь, не останешься работать.

Мнение
Надежда Карпенкова, руководитель курсов кройки и шитья «Надя» г. Кемерово, считает, что сейчас многие производители экономят на сырье, следуют не ГОСТам, а более щадящим техническим условиям и работают без души и любви к своему делу. Вещи перестали скрупулёзно проверять на качество, тогда как в СССР на каждой фабрике были отделы качества. «Когда есть установка: «Я шью не для себя», всё получается плохо. Нужно поменять её и стремиться сделать всех людей красивыми», – считает Надежда Карпенкова.

В швейном производстве больше получает тот, кто быстрее, ловчее и качественнее работает. И требования повышаются. За 12 часов молодой профессионал сейчас уже должен уметь смоделировать, раскроить и сшить жакет, хотя на самом деле на это уходит гораздо больше времени. Но всё зависит от желания конкретного человека. «Звёздочек», победителей в профессиональных конкурсах работодатели зовут сами, а профессионал уже может и зарплату сам выбирать.

Кстати

В Кузбассе планируют создать кластер лёгкой промышленности, в рамках которого на одной площадке уже объединились мелкие и крупные предприятия и два учебных заведения. В июне власти будут подавать документы на регистрацию кластера, уже проходят встречи производственников и педагогов. Чиновники считают, что кластер поможет открыть новые производства и модернизировать старые, создать рабочие места и единый региональный бренд, обеспечить школьной формой областные учреждения.

В 2019 году, к примеру, в Кемерове хотят открыть овчино-кожевенное предприятие, где будут производить дублёнки, куртки и т. д. В ближайшие пять лет в развитие лёгкой промышленности области будет инвестировано 1,5 млрд руб.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (1)
  1. Константин Милый[vkontakte]
    |
    00:13
    03.03.2018
    0
    +
    -
    Я до сих пор, когда холодно, ношу советское пальто из ратина с овчинной натуральной подкладкой. Сейчас, ратин практически не делают, читал что только на заказ изготовляют за 5 000 долларов метр погонный. Я это пальто из ратина покупал по цене около трёхсот рублей.
Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета
Самое интересное в регионах