aif.ru counter
Наталья Исаева 0 218

«Он не меняется». Гришковец - о своем новом романе и родном городе

«Ни в один город мира я не хотел вернуться так, как в Кемерово», - рассказал писатель.

Маленький Пушкин и отсутствие небоскрёбов - приметы Кемерова по Гришковцу.
Маленький Пушкин и отсутствие небоскрёбов - приметы Кемерова по Гришковцу. © / АиФ

Недавно в Кемерово приезжал писатель Евгений Гришковец. В мае выйдет его новая книга «Отчаянный театр. Театр отчаяния». На сцене драмтеатра писатель показал спектакль «Предисловие к роману» и сказал, что в книге много о Кемерове. Как автор сам относится к городу, в котором родился и вырос, он рассказал корреспонденту «АиФ в Кузбассе».

Как объясняет сам Евгений Гришковец, «Отчаянный театр. Театр отчаяния» - автобиографический роман. В нём писатель пытается осмыслить такое сложное явление, как призвание. «Действие романа заканчивается в 2000 г. Он не рассматривает формы существования театра как некую проблематику. Но в 2000 г. появление театра под названием «Евгений Гришковец» было сильно большой новостью. Но я её пропустил: я просто жил», - говорит наш земляк. Евгений Гришковец принял участие в проекте КемГУ «Точка опоры» и провёл в университете творческую встречу. Писатель рассказал о Кемерове и своих буднях.

Досье
Евгений Гришковец родился в 1967 г. в Кемерове. Окончил филологический факультет КемГУ. Писатель, драматург, актёр, режиссёр. Основал в Кемерове театр «Ложа». В 1998 г. переехал в Калининград. Как писал в своём «Живом журнале»: «Живу, потому что мне нравится». А в одном из своих интервью добавил: «Ведь это только кажется, что ты едешь куда-то, на самом деле ты откуда-то уезжаешь. Поскольку наш театр «Ложа» был в Кемерове единственный самодеятельный, независимый и экспериментальный, то наши эксперименты всем быстро надоели».

Чем плох и хорош Кемерово?

Кемерово за годы существенно не изменился. Дом, куда меня привезли из роддома № 1 через шесть дней после рождения, находится на углу ул. Терешковой и пр. Ленина. Третья от пр. Ленина пятиэтажка, второй подъезд, третий этаж, квартира налево… Самое интересное, эти дома были построены за три года до моего рождения, но такое чувство, что их изначально построили старыми: как там пахло в подъёзде 51 год назад, так пахнет и сейчас... Во всех городах есть доминанты. Город Кемерово – он не меняется. Он может жить только в том виде, в каком родился. Дома могут меняться, но несущественно. Небоскрёбов на месте центра города не будет, но всегда будет наш почтамт. Пушкин (памятник поэту А. С. Пушкину) всегда будет маленьким.

Бывает, знакомые, которые проездом были в Кемерове, звонят и говорят: «Прогулялся по ул. Весенней, прошёл по набережной. Такой город прекрасный! Так понравился!» Всегда отвечаю: «Что там могло понравиться? Там нет архитектуры, которая бы отличала наш город от других. Там есть речка. Но, ты знаешь, она тоже, в общем, не Ангара». А когда мне звонят и говорят: «Проезжал Кемерово. Город какой-то стрёмный», отвечаю: «Слушай, пошёл ты в жопу. Это хороший город. Там больше полумиллиона человек живут и видят в этом смысл, находят свои радости и свои печали. Это неплохой город. Ты просто приехал и уехал, поэтому не надо судить о нём». Наш город, и я говорю об этом в романе, не прекрасный и не ужасный. Город как город. Когда у моего героя спрашивают, нравится ли ему жить в Кемерове, он отвечает, что не знает. Просто, когда я служил на флоте, слишком хотел туда вернуться. Ни в один город мира я не хотел вернуться так сильно, как в Кемерово.

Почему Гришковцу не нужен компьютер?

У меня чудовищная форма дислексии и дисграфии, я так и не могу освоить клавиатуру, поэтому все свои книги пишу от руки. Интернетом тоже пользуюсь только по делу. Но это и способ защиты. Жизнь человека, которого везде узнают, ненормальная, поэтому у меня даже нет адреса электронной почты, чтобы не получать сообщения. Люди, которые это знают, понимают, что ожидать от меня ответа бессмысленно.

Думаю, именно дислексия мне позволила читать книги медленно. Душа радуется, когда даже пальцем прикасаюсь к «Мёртвым душам» Гоголя. А Пушкин настолько для сердца, что оно радуется, когда руки держат книгу. А если говорить о современной литературе – она перед вами. Душа и сердце страдают. Я и на филфак-то пошёл, чтобы быть профессиональным читателем. Рассказ «Дарвин» как раз о моём поступлении. У меня журналистка однажды спросила: «А что вы любите больше: чай или кофе?» Я сказал, что не люблю чай и не люблю кофе, но пью и то, и то, потому что другого ещё не придумали. После школы нужно было куда-то поступать. Если бы была возможность не поступать никуда, не поступал бы никуда. На филфаке хотя бы читать можно. Считаю, что учился в лучшем университете. Мало кто может похвастаться такими преподавателями. Я сдавал экзамены Натану Давидовичу Тамарченко, ходил на лекции к Валерию Игоревичу Тюпе.

Какой врач из писателя?

Очень горжусь тем, что меня приглашают в кино. Сейчас снимаюсь у замечательного, гениального режиссёра Бориса Хлебникова. Фильм называется «Обыкновенная женщина». Играю в нём хирурга, мужа главной героини, которую играет Анна Михалкова! Но это не всё! У меня ещё по сценарию есть любовница, которую играет Мария Андреева. Мне вообще повезло! А мою маму играет Татьяна Догилева. Хотя на самом деле врачом бы быть не смог. Мой дядя работал деканом лечебного факультета медицинского института. Но, когда я туда пришёл, меня вынесли на воздух – от одного запаха формалина падаю в обморок. Даже пациентом не очень могу быть. Когда для фильма меня одели в халат и шапочку, показали, как надо правильно держать руки (мы были в Боткинской больнице в Москве), зашёл настоящий хирург, посмотрел на это всё и сказал так: «Прикольно». А потом развернулся и вышел. В этот момент я ощутил себя абсолютно нашкодившим ребёнком, который взял что-то чужое. Всегда, когда ты снимаешься в кино, ощущаешь неловкость.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Самое интересное в регионах
Роскачество